Sunday, March 7th, 2004 10:13 pm
Посмотрен старый черно-белый болгарский фильм Методи Андонова "Козий рог" с Катей Паскалевой и с не запомнившимся по имени артистом, играющим ее отца. Тема: месть за изнасилованную и убитую жену и мать, отец делает из ребенка живую машину для мщения, вытравливая из нее все эмоции. И проигрывая потом жизнь дочери, захотевшей жить, а не убивать.
Мысль: мщение и стремление "аз воздать" - все же не годится для проживания своей жизни и работает только для романтичного графа Дантеса-Кристо. Она годится только для чужих смертей. Если чел видит смысл своей жизни в смерти других - то господин Кольт смотрится органично в его руках, если же нет - то лучше бы ему не брать в руки оружия.

"Девичий источник" Бергмана не видан, а вот перекличка с "Kill Bill" - не в пользу Тарантино, признаться, так как в сравнении начинает проглядывать легковесность посылки крошения 88 агентов Смитов, Вессонов и Кольтов в танцах в саду и на веранде.
Sunday, March 7th, 2004 03:25 pm (UTC)
Ничего из упомянутого Вами, увы, не видела, но очень напоминает някрещюсовского "Гамлета", как я его поняла - отец приходит, и заставляет сына мстить, превращает его в свое орудие, жертвует им.
Monday, March 8th, 2004 07:11 pm (UTC)

Я его видела уже шесть лет назад – быстро время бежит:) Там все было очень сложно – второй раз ходила, разобраться, специально. Из виденных мной – второй по силе спектакль после “Трех сестер”. Нормально-гениальный. Но понимают, видимо, все по-разному. Да, на мой взгляд, Гамлет-отец там был жесток, прежде всего – и потому что принуждал сына к мести, наплевав на его собственную жизнь, и потому, какая-там была Гертруда – по мне, единственным возможным обяъснением (одним из возмжных) того, что произошло, была именно жестокость отца Гамлета – бил он ее, что ли? Я думаю, что бил – то есть он ее буквально забил до такого состояния, что брат, смотревший на это много лет, в конце концов не выдержал, что у него было чувство , что если он сейчас, немедленно, это не прекратит – то он не мужчина. И он убил. Вообще, это была одна из редчайших по направленности, и по силе, попыток оправдать Клавдия – ради этого все можно:) Девять из десяти других зрителей, разумеется, скажут вам, что все было иначе. Была гениальная сцена в дозоре, которой по силе любви к “другому” нет равных – когда своим дыханием греют чужие руки (но это долго описывать), была чудовищная сцена, когда Полоний делал Офелии подпольный аборт, была невыносимая сцена убийства Полония, была еще более страшная сцена – начало поединка Гамлета с Лаэртом, когда Клавдий с Гертрудой натирали им руки мелом, как борцам, и непонятно в какой момент уползли за кулисы, этого даже не заметил никто – вся тема подстроенного убийства Гамлета, убийства Гертруды, убийства Клавдия – все это вообще было выведено за скобки, потому что с того момента, когда они поняли, что их дети сейчас убьют друг друга, они уже были обречены, не нужно было более ничего.
Monday, March 8th, 2004 07:15 pm (UTC)
Да, и не фоне всего этого, было много такого, что не воспринималось вообще – то есть фоном воспринималось, не по смыслу, а по ощущению. Я, например, еле-еле к концу монолога опознала “быть или не быть” – на куске льда, под дождем в расползающейся бумажной рубашке, о чем все писали. Хота все это шло впрок, конечно