![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
- Программку для выдачи справок обозвали, естественно, "справкер".
- О, неплохое дополнение к списку фамилий.
- А чего она лобик как-то морщит справа?
- Это от любопытства, наверное.
- Но в последнее время меньше морщить стала ведь?
- Ну так, за месяц жизни мир уже успел наскучить.
- Слушай, "Аэлиту" перечитала с ужасом. Ну, с не летящим, но скучным ужасом. Во-первых, технические подробности ужасно примитивные и кривые, во-вторых, в детстве картины восставшего марсиянского пролетарьята не так напрягали - он и должен был тогда везде бурлить и возмущенно кипеть. В общем, "Таинственный остров" так же технически напряг.
- Просветительские каналы тоже этим грешат - объясняют очевидные вещи, например, для кваса отделение ростков от зерен...
- Центрифугой?
- Ну, конечно, и потом через сито, а разжевывают, как для дебилов.
- Это очевидно для имеющих техобразование, а вот Зализняк для них может быть неочевиден, что он и говорит в своей лекции: мол, буду приводить банальные для филолога факты.
- Понятно, что для вузов в это году прием был кошмаром, и понятно, что в следующем году правила хотят поменять; совет ректоров уже возопил, что у них страшный недобор и недороб.
- Но чисто по-человечески приятно видеть, как зашевелились те, кто думал, что всегда будут определять правила игры, а тут, о ужас, пришлось бороться за абитуру. А она тоже подбавила свои пять копеек и оторвалась от души, подавая заявления во все лавочки.
- В следующем году хотят ограничить число заявок в вузы до пяти.
- Ну-ну, посмотрим. Надо еще этот год отжить, третья волна приема ведь будет.
- И посмотреть - Щепины, разговоры на кухне. Химки, январь, 1973 год. Справа стоит и смотрит вбок - мама, слева стоит и смотрит прямо - тетя Витька, сидят и смотрят по-разному - дед с бабушкой. Холодильник - "Юрюзань"; авоська - не помню, какого цвета, небось, красная; хлеб - за 18 копеек, банка - любимая тех времен после литровой - трехлитровая; краска на стене масляная, зеленая; кухня - коммунальная, в доме на Калинина, который построили пленные немцы.
(Добавление - бабушка всю жизнь была Эрман и фамилию не меняла).
- О, неплохое дополнение к списку фамилий.
- А чего она лобик как-то морщит справа?
- Это от любопытства, наверное.
- Но в последнее время меньше морщить стала ведь?
- Ну так, за месяц жизни мир уже успел наскучить.
- Слушай, "Аэлиту" перечитала с ужасом. Ну, с не летящим, но скучным ужасом. Во-первых, технические подробности ужасно примитивные и кривые, во-вторых, в детстве картины восставшего марсиянского пролетарьята не так напрягали - он и должен был тогда везде бурлить и возмущенно кипеть. В общем, "Таинственный остров" так же технически напряг.
- Просветительские каналы тоже этим грешат - объясняют очевидные вещи, например, для кваса отделение ростков от зерен...
- Центрифугой?
- Ну, конечно, и потом через сито, а разжевывают, как для дебилов.
- Это очевидно для имеющих техобразование, а вот Зализняк для них может быть неочевиден, что он и говорит в своей лекции: мол, буду приводить банальные для филолога факты.
- Понятно, что для вузов в это году прием был кошмаром, и понятно, что в следующем году правила хотят поменять; совет ректоров уже возопил, что у них страшный недобор и недороб.
- Но чисто по-человечески приятно видеть, как зашевелились те, кто думал, что всегда будут определять правила игры, а тут, о ужас, пришлось бороться за абитуру. А она тоже подбавила свои пять копеек и оторвалась от души, подавая заявления во все лавочки.
- В следующем году хотят ограничить число заявок в вузы до пяти.
- Ну-ну, посмотрим. Надо еще этот год отжить, третья волна приема ведь будет.
- И посмотреть - Щепины, разговоры на кухне. Химки, январь, 1973 год. Справа стоит и смотрит вбок - мама, слева стоит и смотрит прямо - тетя Витька, сидят и смотрят по-разному - дед с бабушкой. Холодильник - "Юрюзань"; авоська - не помню, какого цвета, небось, красная; хлеб - за 18 копеек, банка - любимая тех времен после литровой - трехлитровая; краска на стене масляная, зеленая; кухня - коммунальная, в доме на Калинина, который построили пленные немцы.
(Добавление - бабушка всю жизнь была Эрман и фамилию не меняла).