![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
Итак, нажитое непосильным читательским трудом выкладывается по просьбе i_shmael'я
Меша Селимович "Дервиш и смерть", в старой уже серии "МСП". Босния, не сумевшая в беззащитной долине между гор сохранить веру, да и богомильское движение сильно потрепало религиозные взгляды. Cлавянская (уже с мозолями от вечного этого словоупотребления) душа плюс ислам, южно-европейский быт и османские реалии, сербские суффиксы и исламские корни имен; на языке же катаются персидские слова, военные, оканчивающиеся на "ар" (сардар, хазнадар – казначей), тюркские слова, арабские – уже даже начинаешь их различать. Интересно читать, как далекий султан и интриги Порты оказываются сильнее местных властей, вдруг потерявших милость двора, и жители выбирают себе нового кадия-судью или муаллима.
Чистый исламский взгляд, медленно перемещающийся по застывшему миру монашеской обители, затягивает, и фраза "шейх текии дервиш Ахмед Нуруддин" (славный, великий свет веры) медленно и тягуче льется со страниц. Потом за исламскими завитушками и узорами витиеватых бесед проступает человек грешный, слабый и страдающий от невозможности избыть эту слабость, а грубый мир требует силы. Потом видишь предательство и.. жалеешь за муки. Не "бросил тридцать сребреников и пошед удавился", но слаб перед ломающим его миром и знает, что умрет все равно, и мучается от сознания невозможности быть сильным, праведным и от сознания своей непростительной грешности, а другие же, не стремящиеся к благости, – сильнее и лучше. (Роман "Крепость" уже не так хорош).
Соболев "Капитальный ремонт" – незаконченный роман. Великолепное начало, оправдавшее даже вяловатое, но революционно-сознательное продолжение. Но лучше подсунуть запись berezin'а, заставившую меня купить книжку аж 37 года издания.
Энн Ветемаа – перечитаны "Маленькие повести": "Реквием для губной гармоники" (про пейзанскую жизнь и не пейзанскую войну в ней) и "Усталость" (про знакомо крепко пьющего и шатающегося по незнакомо вызывающим европейским утренним забегаловкам Таллина поэта Пиллимеэса, что по-эстонски – "музыкант"), порадовали еще больше, чем ранее. Понятно также, что после шестидесятых годов забегаловки Таллина семидесятых и восьмидесятых стали более социалистичны и близки российским. К счастью, ненадолго.
"Сребропряхи", про синематограф, – зато уже не так порадовали, как когда-то, но хороша ирония непосредственного описания съемок: "Надо снимать, как в "Последней реликвии", это достижение нашего кинематографа!" (Последний "марципановый" роман запоздало памфлетен, увы).
Перес-Реверте – по наводке gloomov'а были прочитаны "Тень орла" и "Трафальгар"
Первая хороша как опыт смотрения на мифы глазами даже не врага в этом мифе, а случайного наемного воина-обозника, который не получал давно жалованья, весьма потрепан и несчастен и, тем более, не заморачивается словами про родину и гвардию. Умереть? Фиг. Сдаться? Тоже фиг. Холодно тут, в России, лучше домой, в Испанию.
Про "Трафальгар" - отдельно запись будет.
UPD Рекомендация от netorop_i - "Синайский гобелен"
Меша Селимович "Дервиш и смерть", в старой уже серии "МСП". Босния, не сумевшая в беззащитной долине между гор сохранить веру, да и богомильское движение сильно потрепало религиозные взгляды. Cлавянская (уже с мозолями от вечного этого словоупотребления) душа плюс ислам, южно-европейский быт и османские реалии, сербские суффиксы и исламские корни имен; на языке же катаются персидские слова, военные, оканчивающиеся на "ар" (сардар, хазнадар – казначей), тюркские слова, арабские – уже даже начинаешь их различать. Интересно читать, как далекий султан и интриги Порты оказываются сильнее местных властей, вдруг потерявших милость двора, и жители выбирают себе нового кадия-судью или муаллима.
Чистый исламский взгляд, медленно перемещающийся по застывшему миру монашеской обители, затягивает, и фраза "шейх текии дервиш Ахмед Нуруддин" (славный, великий свет веры) медленно и тягуче льется со страниц. Потом за исламскими завитушками и узорами витиеватых бесед проступает человек грешный, слабый и страдающий от невозможности избыть эту слабость, а грубый мир требует силы. Потом видишь предательство и.. жалеешь за муки. Не "бросил тридцать сребреников и пошед удавился", но слаб перед ломающим его миром и знает, что умрет все равно, и мучается от сознания невозможности быть сильным, праведным и от сознания своей непростительной грешности, а другие же, не стремящиеся к благости, – сильнее и лучше. (Роман "Крепость" уже не так хорош).
Соболев "Капитальный ремонт" – незаконченный роман. Великолепное начало, оправдавшее даже вяловатое, но революционно-сознательное продолжение. Но лучше подсунуть запись berezin'а, заставившую меня купить книжку аж 37 года издания.
Энн Ветемаа – перечитаны "Маленькие повести": "Реквием для губной гармоники" (про пейзанскую жизнь и не пейзанскую войну в ней) и "Усталость" (про знакомо крепко пьющего и шатающегося по незнакомо вызывающим европейским утренним забегаловкам Таллина поэта Пиллимеэса, что по-эстонски – "музыкант"), порадовали еще больше, чем ранее. Понятно также, что после шестидесятых годов забегаловки Таллина семидесятых и восьмидесятых стали более социалистичны и близки российским. К счастью, ненадолго.
"Сребропряхи", про синематограф, – зато уже не так порадовали, как когда-то, но хороша ирония непосредственного описания съемок: "Надо снимать, как в "Последней реликвии", это достижение нашего кинематографа!" (Последний "марципановый" роман запоздало памфлетен, увы).
Перес-Реверте – по наводке gloomov'а были прочитаны "Тень орла" и "Трафальгар"
Первая хороша как опыт смотрения на мифы глазами даже не врага в этом мифе, а случайного наемного воина-обозника, который не получал давно жалованья, весьма потрепан и несчастен и, тем более, не заморачивается словами про родину и гвардию. Умереть? Фиг. Сдаться? Тоже фиг. Холодно тут, в России, лучше домой, в Испанию.
Про "Трафальгар" - отдельно запись будет.
UPD Рекомендация от netorop_i - "Синайский гобелен"
Tags:
no subject
Такие были яркие книги, что перечитывать даже боязно. Вдруг померкнет.
Хотя вот Селимович, например, ничуть не хуже в перечтении, наоборот, богаче..
no subject
no subject
no subject
no subject
Смуул - вот еще что надо найти и перечитать.
Слуцкис радовал балтийской отстраненностью, но я не перечитывала лет двадцать уже, а дома нет.
no subject
Кстати.Что касаемо Селимовича. Почему-то "Синайский гобелен" мне напомнил. Такое же неспешное смакование и полное погружение. Очень рекомендую.
no subject
no subject
no subject
Семидесятые были сильно тухлые, и между строк можно было читать у Стругацких, спасавшихся в фантастике.
Из других - спасавшиеся "деревенщичеством" Шукшин, Абрамов, Распутин, Искандер, Вампилов, Липатов.
Проще было с печатанием иностранных авторов в "НМ". Там был ФОлкнер в переводе Голышева!!
no subject
Вода дырочку найдет(с)
no subject
no subject
Я намеренно не трогала республики - цензура по-разному работала. Амирэджиби, братья Ибрагимбековы, Айтматов тож, Друцэ, прибалты, Зульфикаров,... Петросян, и то был сносен, белорусы.
Украинцы, кстати, были слабы.
no subject
no subject
no subject
no subject
Спасибо за пост
"Ледовую книгу" Ю.С., Э. Ветемаа, и недавно умершего И. Мераса помню и посейчас. "Никто не забыт и ничто..." :)
Re: Спасибо за пост
К стыду своему - не знаю Мераса. Сейчас поползу в Яндекс...
Re: Спасибо за пост
"Будем искать".