"Нет, Лиззи, дай мне хоть раз в жизни почувствовать всю глубину своей вины. Не бойся, это меня не сломит. Подобное чувство проходит довольно быстро". (мистер Беннет после известия о побеге Лидии) - наверное, режиссер так же думает.
Фигня фильмец. Даже пару слов из запаса жалко доставать.
Достанем чужую пару слов http://www.kinocafe.ru/reviews/?lang=ru&rid=49122
==По ходу фильма упрочилась догадка, что его инициаторы уничтожают и гордость, и предубеждение, и заодно вековые легенды о литературном даре англичанки-девственницы. Не было дара. Стереть незамужнюю старость с лица земли. Бедная, бедная Джейн.==
На память - текст романа
Фигня фильмец. Даже пару слов из запаса жалко доставать.
Достанем чужую пару слов http://www.kinocafe.ru/reviews/?lang=ru&rid=49122
==По ходу фильма упрочилась догадка, что его инициаторы уничтожают и гордость, и предубеждение, и заодно вековые легенды о литературном даре англичанки-девственницы. Не было дара. Стереть незамужнюю старость с лица земли. Бедная, бедная Джейн.==
На память - текст романа
Tags:
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
И глазки ей стеклянные.
no subject
no subject
Притом, что валяние на пляже - фи, но сил не было играть в волейбол с местными четыре часа, а раньше спутники не пропекались на солнце, пока я вялилась в жалкой тени.
Небось, это тамаринд был. Или тамариск.
безапелляционно, в порядке заблуждения
а "Рошу-", "Роз-" и "Альб- дэ Масе" принимать вовнутрь... ( тогда, небось, еще все "по деньгам" было, и свободно...Или я настолько старше?)
Нашли тоже занятие...Да кроме "Тристрама Шенди" там в прозе вообще читать нечего ... До Стивенсона, разумеется...ну , может еще "чернухи" типа Уолпола...
Не пьется, няня...
Максимум - раз в два месяца рюмка "Beileys". Вот еще бабушка делала наливку из черноплодки - о! И то - рюмка в месяц.
А про Молдавию... Сейчас расскажу.
Мы поехали туда вместе с дамой, которая была ЛОР. И длинная цепочка знакомых привела к ней семью сумрачных молдаван, просящих о консультации для своего сына. Он странно себя вел, по их мнению. Дама отпихивалась, что оан ЛОР, а не психиатр, но из это не смущало: главное - врач из Москвы.
Два серые пятиэтажки типично хрущевского пошиба странно торчали среди полей далеко от Кишинева. Где-то рядом должен был быть винный завод, на котором работали пригласившие нас; наверное, дома были для него и забацаны.
Квартира была тоже типичная хрущевская, даже по обстановке: ковер переходил со стены на диван, табуретки шатались, столы были сдвинуты для гостей, еда была неплохая, типично южная, перцы фаршированные, помидоры etc. И стояли бутылки без наклеек, с вынесенными с завода "продуктами питания".
О, этот херес будет долго помниться. Мечталось только об одном - доехать до квартиры на улице Даков в Кишиневе, где мы тогда жили у других знакомых, без прилюдных последствий расстройств. Внутренности бунтовали.
Древние даки, небось, вина не пили и правильно делали.
А с восемнадцатилетним сыном оказалось все просто. У него был роман в городе с какой-то знойной дамой, пока учился в техникуме, а родители велели приехать на лето домой. Ослушаться их он не мог, а воздержание оказалось мучительным.
Сказать же им он тоже не мог. Врачу - даже и ЛОРу - смог, правда.