Леконт "Откровенное признание"

Фильм стоит смотреть ради его завязки, безликого коридора, как в "Бартоне Финке", лиц, пытающихся взглядами ощупывать друг друга, дрожащих пальцев при исповеди, кратких оборванных реплик, точных портретов второстепенных персонажей - ухоженных дам-секретарш, психоаналитика, сдирающего быстро деньги, потрепанной консьержки, ради захватывающего, оставляющего зрителя с открытым ртом, танца одинокого героя в квартире перед входной дверью, ради скупой игры прекрасной (по-европейски тонкочертной и с улыбкой, которая есть непроизвольный акт дарения) Сандрин Боннэр и стертого, незаметного, затянутого, робкого Фабриса Лукини.

Неправда заключается в том, что такие женщины все же не работают продавщицами.
Потом фильм и вообще выруливает на мелодраматическую финальную фигню. Но дамам должен понравиться, а вот синефилам - должно понравиться именно перечисленное ранее. Но не более. Но и не менее.

Неплохое переопределение

Из разговора у ge_m про штопоры вышла компиляция "крылатого штопора" и "хитрого лакея" - "на каждую ... всегда найдётся крылатый лакей с винтом".

Песталоцци - не дурак.

Разговор с юзером rualev заставил вашу собеседницу вытащить из старого доклада цитату:
=="Дорогой г-н Петерсен, учение и школа наполняют голову человека суждениями до того, как он видит и узнает предметы... Первое требование хорошего образования состоит в том, чтобы избегать этого, не допускать, чтобы ребенок воспитывался академически. Наиболее серьезный недостаток современного воспитания, несомненно, следующий: от детей требуют слишком многого, и притом, таких вещей, которые обладают лишь мнимой ценностью, а на самом деле не имеют никакого значения".
Песталоцци. Письма учителю Петерсену (весна 1782 г.)==

Механическая Пиеса для поломанного пианино

Хорошо, что фильм не был виден лет пятнадцать назад. Впрочем, Михалков и так уже слабо уважаем как режиссер, а уж как личность и совсем не канает, но воспоминание о "Своем..." и "Рабе любви" все же грело душу когда-то.
Даже критикнутый в дневнике у sguez'а старый "Дядя Ваня" Кончаловского хотя бы заставил смотреть на Войницкого, Астрова и Соню в великолепном исполнении Смоктуновского, (неожиданно!) Бондарчука и Купченко.

Виденное же сегодня в цикле Чехова по "Культуре" неприятно поразило откровенным переигрыванием актеров, страстями в клочья, регулярно засовываемым в кадр невинным мальчиком, призванным оттенять испорченность взрослых, назойливой музыкой и песнями на планах глянцевых пейзажей и во время кульминационных сцен, которых оказывается так много, что уже устаешь кульминироваться. Одна Антонина Шуранова выглядела достойно.